Дискуссионный клуб «Мир Евразии» на этот раз обсудил весьма актуальную проблему. В частности, участники дискуссии высказали свои мнения по вопросу: «Каков транзитный потенциал современного Евразийского экономического союза?». В этой связи, как будет развиваться транзитное партнерство в рамках союза? Сколько составляют транзитные поступления в Казахстане? Каков размер убытков? Как связать транзитный потенциал и инфраструктуру? Мы сочли целесообразным представить мнения гостей, искавших ответы на эти и другие вопросы. По мнению политолога Эдуарда Полетаева, транзитный потенциал страны огромен. Однако этот вопрос теперь необходимо решать в рамках Евразийского экономического союза. «В этом направлении мы должны вывести наш транзитный потенциал на новый уровень. Например, нам все еще сложно и затратно перевозить китайские товары в Европу. Тем не менее, есть и позитивные новости. Китай проявляет открытость к иностранным инвесторам. А китайские предприниматели, из-за чрезмерного сужения внутреннего рынка Китая, переносят свой бизнес в приграничные регионы, в частности, в регионы, близкие к нам. Например, в настоящее время в Урумчи и Синьцзян вкладываются значительные инвестиции. А это, несомненно, увеличит транзитный потенциал Казахстана. Сам Китай поддерживает оживление проекта «Шелковый путь» в рамках Евразийского союза. А это означает, что для Казахстана откроется морской путь», — сказал политолог. В прошлом году Казахстан получил доход от транзита по своей территории в размере 2 млрд. 286 млн. долларов, а за проход по территории других стран заплатил 2 млрд. 268 млн. тенге. По данным представителя Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марата Шибута, существенной разницы между транзитными расходами и поступлениями Казахстана нет. «Если взять период с 2002 по 2013 год, то 5 лет из них были для нас прибыльными. А 8 лет не дали ощутимого результата. А в прошлом году Казахстан получил доход от транзита по своей территории в размере 2 млрд. 286 млн. долларов
