Вопрос о строительстве крупного гидротехнического сооружения в Чарынской долине начал обсуждаться с 30-х годов прошлого века. Тогда прибыли специальные специалисты, которые тщательно изучили рельеф местности. Ситуация после 30-х годов всем известна. В мире разгорелась война, и вместо строительства гигантских сооружений люди были охвачены горем. После войны на территории Советского Союза были построены Красноярская, Братская, а затем Саяно-Шушенская ГЭС, и Москве не было времени обращать внимание на Чарын. Как возникло решение о строительстве Мойнакской ГЭС? В начале 70-х годов уровень воды в Иссык-Куле упал, и наши соседи предложили перенаправить реку Каркара в Кегенском районе (ныне Райымбекский район) в Иссык-Куль. В то время не было разделения на кыргызов и казахов. Все подчинялись Москве. Таким образом, соседи начали попытки перенаправить основную реку Каркара, впадающую в Чарын, в Иссык-Куль. В этом направлении был разработан специальный проект. Позже в дело вмешался сам Динмухамед Кунаев и был на личном приеме у заместителя председателя Совета Министров СССР Зии Нуриева. Там Димекең доказал, что это негативно повлияет на экологическую ситуацию в Казахстане, и спас реку Каркара от перенаправления в Иссык-Куль. Кроме того, мы были рады, когда Динмухамед Ахметович добился выделения специальных средств из Москвы для начала строительства Бестюбинского водохранилища в районе Чарынского ущелья. Это был первый шаг к строительству Мойнакской ГЭС. Кыргызы тоже не остались в стороне, они приложили все усилия, чтобы перенаправить воду реки Каркара в Иссык-Куль. В то время в это дело вмешался и выдающийся кыргызский писатель Чингиз Айтматов, написав в 1977 году объемную статью «Есть ли дело важнее Иссык-Куля?», привлекшую внимание московских деятелей. Таким образом, кыргызы показали, что не собираются легко сдаваться в этом деле. Однако
